01:17 

Asche zu Asche, Staub zu Staub...

Amadey Nemez
-Все люди, как люди, а я - Бог(с) -Я такой разный. И все-таки я вместе!(с)
Название: Asche zu Asche, Staub zu Staub
Автор: Amadey Nemez
Жанр: фэнтези в большей степени
Предупреждение: намек на гомосексуальные отношения, сцена поцелуя, некоторая жестокость. Писалось несколько лет назад. Я сам даже не перечитывал. Может присутствовать излишняя пафосность, но этот рассказ стал в свое время моим любимым.
Саммари: Времена Инквизиторских костров. Колдовству больше нет места в таком мире, но некоторые пытаются выжить и определить, кому же они служат.
Это история о маге-отшельнике и его случайном ученике.




“Asche zu Asche,
Staub zu Staub”

… Ты жив, но для всех исчез в черных облаках.
Вот здесь ставишь кровью крест, подпись – на века.
Я научу тебя летать!
В зеркале мира исчезать…
«Ария»
… Ich höre den Schrei eines Babies, -
Luge im ersten Atemzug.
Asche zu Asche, Staub zu Staub!
Der Sunde sei vergeben…
Tilo Wolff
( … Я слышу крик ребенка –
Ложь в первом вздохе.
Прах к праху, пепел к пеплу!
Да простятся мне мои грехи…)
… И мы руки в мольбе к небесам простираем.
Но Господь все простит лишь любимцам своим!..
Михаэль Драу


1
Я очнулся в теплой постели. Голова кружилась. Меня тошнило. Не открывая глаз, я пощупал тупо пульсирующий болью затылок. Он был перевязан. Я приподнялся на локте и огляделся.
Но все плыло перед глазами, что очень мешало моему осмотру. Я почувствовал раздражение.
Где я? Как здесь оказался? Что со мной?
Я откинулся назад. Голова заболела сильней.
На последний вопрос я мог дать хоть какой-то ответ. Я попытался вспомнить последние события.
… Я показал соседям недавно открывшийся у меня дар. Я мог разжигать костер прямо в воздухе! Но они сказали, что я одержимый. Они рассказали всем. Они хотели изгнать из меня дьявола. А я убежал в лес. Все горожане меня преследовали. Пытались забросать меня камнями, но я уворачивался. Наконец, я увидел то, что искал: замок, на первый взгляд заброшенный. Но я знал, что там живет колдун.
Я уже успел забежать за ограду, как вдруг…
Ну вот, собственно, и ответы. Очевидно, мне попали камнем по голове, и я потерял сознание. Тогда получается, что меня спас ОН?
Тихонько скрипнула дверь, и я услышал легкие шаги и шелест мантии.
Я приоткрыл глаза и увидел рядом с собой высокого, стройного мужчину в темно-синей мантии. Прямые черные волосы служили прекрасным обрамлением его высоких скул и доставали до пояса. Черные, без блеска, глаза выглядели пронзительными, но теплыми и мягкими, как говорится, бархатными. Изящные губы растянулись в ухмылке.
Незнакомец скрестил руки на груди.
— Надеюсь, ты понимаешь, где находишься, и что не можешь долго здесь оставаться, Андрий? — произнес он глубоким голосом, с легкой хрипотцой, видимо из-за недостатка практики.
— Откуда вы знаете мое имя, господин? — поразился я.
— Я много чего знаю, — отмахнулся тот, не сводя с меня изучающего взгляда. Его пронзительные глаза требовали ответа.
Я кивнул.
— А сколько я могу здесь оставаться, господин?
— Пока тебе не станет лучше, — довольно мягко ответил мужчина.
— А можно…
— Нет! — внезапно отрезал он. Из-за резкого разворота взметнулись его блестящие, потрясающе длинные волосы и темно-синие одежды. Стремительным шагом он вышел из комнаты.
Не успел я подумать, что этот маг очень даже странный, как снова потерял сознание…

* * *

Первое, что я понял после пробуждения, это то, что кто-то протирает мне лоб влажной губкой. Потом я увидел того же колдуна.
Он сидел, склонившись надо мной, и что-то шептал, при этом бережно протирая мой лоб.
На этот раз его волосы были собраны сзади с помощью синей ленты. Рукава светло-голубой рубашки были закатаны. Позади него, на спинке стула, я заметил его темно-синюю мантию.
И тут я осознал, что кровать выдвинута на середину комнаты, а вокруг прочерченный мелом круг. В изголовье и изножье кровати стояли свечи. Я не на шутку перепугался.
— Господин! — воскликнул я, пытаясь вскочить.
Но его руки железными оковами приковали меня к постели.
Колдун зажмурился и зашептал еще яростней. Я чувствовал, как он сжал пальцами мое плечо.
Прошло, наверно, много времени, прежде чем он меня отпустил. Он перегнулся через меня так, что я невольно уткнулся лицом в его рубашку, и задул свечу. Затем он поднялся, задул вторую свечу и вышел.
Вернулся маг через несколько минут. Он снова распустил свои роскошные волосы.
Я до сих пор тяжело дышал, хотя страх уже прошел. Я потянулся пощупать повязку. Но той не было.
— Раны больше нет, Андрий. Тебе осталось вылечить другую, более глубокую рану. — Он приложил руку к сердцу. — Ту, что у тебя в душе. Пойдем со мной.
Маг протянул ко мне ладонь.
Я выбрался из постели, обнаружив, что вместо моей одежды на мне шелковая туника кремового цвета. Я схватил протянутую руку и вышел за колдуном.
— Конечно, ты понимаешь, что я не смогу полностью залечить эту рану, — произнес он, ведя меня холодными коридорами. — Я даже не надеюсь залечить ее наполовину. И уж точно не сразу.
Последние слова меня обрадовали. Но нельзя сказать, чтобы им радовался он.
Маг привел меня в другую комнату. Там он усадил меня за стол и заставил поесть.
Пока я ел, еле поднося ложку ко рту, он расспрашивал меня о моем прошлом и о том, как я оказался у его порога с такой раной.
Спрашивал он бесстрастно, и я старался отвечать так же, но при мысли о моих родителях, о горожанах, обо всех них, тех, кто хотел убить невинного ребенка, у меня комок подступал к горлу. Я не мог говорить.
В конце концов, он кивнул и отвел меня назад. Он сам уложил меня в кровать, накрыл одеялом и сказал:
— Постарайся выспаться, Андрий. Завтра я хочу кое-что тебе показать и мне нужно твое внимание.
Он зашторил единственное в комнате окно, выходящее на восток, чтобы с утра яркое солнце меня не разбудило, и вышел, закрыв за собой дверь.
Я долго не мог уснуть. Я думал о нем, о таинственном колдуне, спасшем меня от гибели.
Но вскоре сон тяжелым, душным покрывалом окутал мой разум…

* * *

Я проснулся поздним утром. Даже через плотные шторы лучи слепили мне глаза.
Маг был уже здесь. Он сидел рядом с моей кроватью с отсутствующим выражением на лицеи, очевидно, дожидался моего пробуждения.
— Доброе утро, Андрий, — сказал он, поймав мой взгляд.
Я сел в постели и заметил, что голова не кружится совсем.
— Мой господин…
— Пойдем. — С неожиданной силой он подхватил меня и поставил на пол.
Каменный пол был настолько холодным, что я содрогнулся всем телом. Вчера я этого не заметил.
Однако маг предусмотрел это. Он подал мне мои сапоги, высушенные и вычищенные.
Невольно я подумал, что он читает мои мысли.
Он повел меня в другую комнату, которая, судя по изобилию лестниц, ведущих наверх, находилась в башне.
Похоже, это была его обитель.
Там было много странных предметов. Например, большой хрустальный шар или тяжелый, обтянутый кожей фолиант с пожелтевшими от времени страницами. В углу стояла узкая кровать, над которой, тем нее менее, висел синий бархатный полог. Все было выдержанно в синих тонах: синий балдахин, синий ковер, синие шторы на окнах…
Он подвел меня к шару на столе. Стекло слабо светилось.
— Посмотри на свое прошлое, дитя, — сказал маг. — Взгляни на тех, кто тоскует по тебе.
Я посмотрел на него.
— Мой господин, значит вы действительно…
— Маг, колдун, посланник дьявола – называй, как хочешь, — пожал он плечами.
Я отвел взгляд. Может, не зря пытались из меня изгнать дьявола? Но я тут же отбросил эти мысли и сосредоточился на светящейся поверхности шара.
— Я готов.
Маг кивнул и зашептал на незнакомом мне языке:
— Asche zu Asche, Staub zu Staub…
Внезапно я перестал видеть то, что было вокруг. Я видел только их…
Мои родители сидели молча за столом. Горела лишь одна свеча. Мама опустила голову, слезы капали на лежащий перед ней портрет. Мой портрет.
Отец отвернулся.
— Нечего по нему горевать! — внезапно выкрикнул он. — Мальчишка получил по заслугам!
Я окаменел. От сердца поднималась волна боли, она мешала мне дышать. Я чувствовал, я знал, что вот-вот закричу от ужаса перед увиденным.
Пальцы мага сжали мое предплечье. Я зажмурился.
Теперь мы стояли на улице, на площади – это я понял даже с закрытыми глазами.
Немного успокоившись, я огляделся. Вокруг горожане спорили и ругались. Факелы слепили глаза, их жар обжигал кожу.
— Он мертв? — спросил кто-то из толпы.
— Да, — отозвался голос неподалеку. — Он собирался спрятаться в заброшенном замке, но не успел.
— Вы уверенны?
— Ну конечно!
Я почувствовал, как рука мага снова вцепилась в меня, и в следующее мгновение мы оказались в его комнате.
Колдун выглядел потрясенным.
Я не мог говорить, боялся дышать. Вдруг я почувствовал, как слезы безудержным потоком хлынули из глаз.
— Выпей, — сказал колдун.
К моим губам прижалось что-то железное; холодная жидкость коснулась языка; я сделал глоток. Жидкость была сладкой, даже приторной. Я проглотил рыдания и выпил все, что дал мне господин. Я почувствовал, как мои глаза закрываются, а сознание проваливается. Я погрузился в теплое, дремотное успокоение. Меня положили на мягкие подушки…
Очнувшись от этого волшебного сна, я понял, что лежу в его кровати, а сам маг стоит рядом с шаром.
— Что это было, господин? — тут же спросил я.
Он недоуменно повернулся.
— А ты что-то помнишь?
Я промолчал. Мне не хотелось заново переживать это.
— Позволь мне остаться, мой господин, — дрожащим голосом просил я. — Позволь стать таким, как ты.
— Это невозможно, — категорично заявил он. — Ты должен вернуться к ним. К таким, как ты.
— Но они думают, что я умер! — воскликнул я в отчаянии. — Они не примут меня! Мой господин… — Я поднялся с кровати, упал перед ним на колени и уткнулся лицом в полу его мантии.
Он положил руку мне на голову и заставил посмотреть на него.
— Это невозможно, — четко повторил маг. — А теперь иди. Твоя одежда в той комнате, где ты спал. Уходи отсюда.
Я дрожал. Я понял, что не хочу уходить от него.
— Уходи! — Он указал на дверь.
Я не двинулся с места, вцепился в его одежды.
— Я не собираюсь это терпеть, Андрий! — взбесился он. И неожиданно сильно оттолкнул, так, что я ударился о противоположную стену.
Мне стало страшно. Но я упрямо оставался на месте.
— Убирайся немедленно!
Внезапно я почувствовал, что мое тело подчиняется, послушно идет к дверям, хотя мой разум отчаянно сопротивлялся этому.
Я спустился в свою комнату, переоделся и вышел из замка, не произнеся ни звука.
Только на улице я ощутил свободу. Не дойдя до ворот, я остановился и оглянулся на замок.
Он стоял, величественен и мрачен, в своем молчаливом одиночестве, так же, как мой господин. В этом одиночестве он и живет, как отшельник.
Я решился.
— Я не уйду, — прошептал я. — Я тебя не оставлю.


* * *

Утреннее солнце коснулось теплым лучом моего лица. Я открыл глаза и сел на ступенях. Прошлую ночь я провел именно здесь.
Чуть поодаль стоял колдун. Повернувшись ко мне спиной, раскинув руки, он вдыхал утренний воздух.
Словно почуяв на себе мой взгляд, маг обернулся. Его глаза, как два темных тоннеля, поймали меня, засосали в свою таинственную глубину.
— Кажется, я приказал тебе уйти, — спокойно произнес он, разглаживая кружевные манжеты рубашки, высовывающиеся из-под широких рукавов темно-синей бархатной мантии.
— Я никуда не уйду, — упрямо отозвался я, стараясь не смотреть в его глаза.
Он подошел ко мне, протянул руку и, взяв меня за подбородок, поднял мое лицо так, чтобы я посмотрел на него. Но я упорно отводил взгляд.
— Разве ты не понимаешь, Андрий, что я могу убить тебя? — почти ласково прошептал он, отводя мои волосы назад.
— Так почему же не убил? — Я сбросил его руки и отошел. — Зачем ты меня спас? Мой господин, лучше бы ты убил меня, чем теперь, когда я тебя узнал, ты меня прогоняешь.
Когда он не ответил, я повернулся. Он стоял, задумавшись и устремив на меня изучающий взгляд. Затем так же, не сказав ни слова, развернулся и пошел в замок. Дверь хлопнула, закрываясь за ним.
Меня задело такое отношение. Я вышел за ограду и пошел по лесу. Среди деревьев вела тропинка. И я, не колеблясь, шел по ней. Это навевало воспоминания.
Я уже был здесь!
Где-то на середине пути я свернул с тропинки и оказался перед большим мраморным алтарем. Камень светился под утренними лучами. Я присел перед ним. Поверхность белого камня была настолько отполирована, что я увидел свое отражение.
На меня смотрел шестнадцатилетний подросток с короткими, взъерошенными волосами светло-русого, почти пепельного цвета, серо-зелеными глазами и длинными, загнутыми кверху ресницами. Я никогда не считал себя некрасивым. Но он…
Я заметил высокую тень у себя за спиной и резко обернулся.
Это был мой господин.
— Они не примут меня, мой господин, — повторял я, словно молитву, — не примут…
Я уставился на свою открытую ладонь, и через мгновение на не зажегся маленький огонек.
Колдун выглядел в высшей степени изумленным.
— Я видел тебя здесь, — задумчиво произнес я, разглядывая пламя. — Это было поздно ночью, в начале осени. Я гулял в лесу и увидел темную фигуру, с неестественной скоростью передвигающуюся между деревьев. Я побежал. Я нашел тропинку и последовал за фигурой. — Я сжал кулак, и пламя погасло. — Дорожка привела меня к небольшому лесному озерцу. Человек стоял прямо на воде, и она поддерживала его, словно темное стекло. Это был ты, таинственный колдун…
Он присел и очертил вокруг себя круг по воде. Затем, поднявшись, раскинул руки, и в ладонях выросло пламя. Колдун перевернул ладони, словно выбросил огонь, и вокруг него ровным кругом зажглись тысячи маленьких огоньков прямо на воде. На меня это произвело огромное, просто неизгладимое впечатление.
Но еще больше меня поразил вид волшебника, — продолжал я, наблюдая за ним в отражении на каменном алтаре. — Сияние огней придавало его лицу загадочность и непостижимость, доступную лишь богам, роскошные волосы переливались в отблесках…
Внезапно вокруг него образовался столб пламени синего цвета, и оттуда вылетела огненная птица, затерявшись в вечности, растворившись среди звезд. Пламя погасло. Колдун пропал.
Стоя в отдалении, в спасительной густоте деревьев, я понял, что тоже хочу этого.
После той ночи я долгое время пытался повторить увиденное мною на озере. Более всего меня заинтересовал дар вызывать огонь. Я горел желанием обрести его.
Однажды вечером я сидел в своей комнате. После некоторых неудачных попыток вызвать огонь я в ярости отбросил руку в сторону… и внезапно понял, что чувствую запах гари. Я обернулся. Это горела старая табуретка. А я, не смея поверить в это, как последний дурак сжимал остатки обгоревшей табуретки в руке и повторял: «Горит, горит…»
Естественно, я не утерпел и показал это соседским мальчишкам. Сначала они, как и я, были в полном недоумении. Но потом они сказали, что я одержим дьяволом, рассказали взрослым. Господин, они хотели сжечь меня! — Я поднялся и в бешенстве ударил обоими кулаками по стволу дерева. Кора вспыхнула.
Маг подошел и успокаивающе заговорил, проводя ладонью по пламени, отчего оно исчезло:
С таким контролем дара – а вернее его отсутствием – я не могу отпустить тебя гулять по миру, чтобы ты жег первые попавшиеся, и, кстати, ни в чем неповинные деревья. Я не могу позволить тебе уничтожать леса, маленький повелитель огня. — Он усмехнулся.
Вот этот тон меня устраивает.
А он продолжал, все еще улыбаясь.
— Зажги огонь еще раз, — велел он, переворачивая мою руку ладонью вверх.
Я исполнил. Сейчас я не испытывал никаких эмоций, только любопытство.
— Вот именно, — произнес он. — Сейчас ты спокоен и можешь контролировать свой дар.
Я в изумлении воззрился на него. Все-таки он и вправду читает мысли. Я зарекся впредь быть осторожней.
Он улыбнулся.
— Значит, ты должен обуздывать свои эмоции, особенно находясь в непосредственной близости от людей.
— А как это делать, мой господин? — спросил я.
Он тяжело вздохнул, словно на что-то решаясь.
— Ах, Андрий, кого я обманываю? — Он доброжелательно рассмеялся, потрепав мои волосы. — Ты мне нужен. Я ужасно одинок. — Он еще раз вздохнул. — Хочешь быть моим учеником? Хочешь быть учеником колдуна Клаодиуса?
Я впервые услышал его имя. Мне оно показалось красивым.
— Клаодиус… — шепотом повторил я. Потом упал на колени. — Да, учитель.
— Я научу тебя летать, Андрий, — произнес он.
Я вскинул голову. Если мне чего-то и хотелось в жизни, за что я мог бы ею пожертвовать, то, пожалуй, этого.
— У нас впереди долгая работа, Андрий. Пойдем. Нужно привести тебя в надлежащий вид перед посвящением.




2
Весь день я пребывал в каком-то лихорадочном возбуждении. Когда же, под вечер, все приготовления были окончены, меня было не узнать. Он причесал мне волосы, одел в фиолетовую мантию того же покроя, что и у него.
Поздним вечером он привел меня к себе в башню.
Горящие лишь по углам комнаты канделябры создавали мягкое, таинственное освещение.
Клаодиус повернул меня к столу. Там лежали какая-то бумага, печать и кинжал, на рукоятке которого была нарисована гексограмма.
— Мы должны заключить договор Ученика и Учителя, — произнес он.
Клаодиус расстегнул на груди свою мантию и рубашку под ней. Потом взял кинжал и процарапал посередине крест.
Я вздрогнул, когда порез начал кровоточить.
А он взял печать и, обмакнув ее в крови, поставил на договоре.
— Вот видишь, Андрий, ничего страшного. — Он предал мне кинжал и печать. — Теперь твоя очередь.
Учитель отошел от меня, достал из кармана шелковый платок и прижал его к кровоточащим порезам.
Я тоже обнажил грудь и царапнул кожу кинжалом. Внезапно это место обожгло, как огнем. Я испугался и отдернул руку. У меня закружилась голова. Я посмотрел на печать и уже собирался позвать колдуна, но понял, что она до сих пор в его крови. Не раздумывая, я прижал ее к бумаге. Свернув договор, я подошел к нему.
— Учитель…
Он обернулся и схватил мою руку, протянувшую ему свиток. Вдруг я почувствовал, как его губы прижались к моим. Мое тело напряглось и вздрогнуло. Я подскочил на месте. Но он уже оторвался от меня.
— Отныне и на века ты со мной, мой ученик.
Он забрал у меня договор.
— Иди спать, Андрий. Завтра я начну твое обучение.
Я сжал его руку.
— Мне страшно, мой господин! Мне кажется, что едва я выйду – все пропадет, я больше не буду твоим учеником. Я боюсь, что мне это только снится, — доверительно, пылко произнес я.
— Не бойся, дитя. — Он погладил меня по голове. — Спи и знай: ты мой ученик, я тебя не оставлю.
Его пальцы легко сжали мое плечо; он проводил меня до лестницы. Дальше я шел на автомате, я потерял способность логически мыслить. Своим поведением он волновал меня, вынуждал задуматься о правильности моего решения. Я правда не мог понять, чего он добивался подобным образом. Может, он и вправду дьявол? Нет, нельзя так думать. Я решил стать его учеником, таким же, как он, значит, я должен принять это.
Уже в постели мне внезапно захотелось рисовать. Раньше, в детстве, я очень любил рисовать картинки углем по дереву. А сейчас снова захотелось взять кусочек угля и нарисовать его.
Да, я хочу стать таким, как он! Я стану, теперь я с ним, он обещал мне. Я теперь его ученик…
Под эти успокаивающие мысли я уснул.
Лишь посреди ночи, когда я лежал в каком-то странном полусне, я услышал его шаги. Прохладные пальцы коснулись моего лица. А тонкие, шелковистые губы прошептали прямо в ухо.
— Я приведу тебя к дьяволу, дитя. Я отдам тебя Сатане, Андрий…
Я закричал и открыл глаза.
Солнце ярко светило в окно. Я огляделся. Я был один в комнате. Дверь закрыта. Я провел рукой по своему лицу и ушам. Я был весь в холодном поту.
Внезапно откуда-то сверху послышался приглушенный шум и посреди комнаты возник колдун. Передние локоны закреплены сзади, остальные волосы распущенны. Он был в рубашке и брюках. В темных глазах тревога.
Я соскочил с кровати.
— Так ты действительно приспешник Сатаны? — закричал я, обвиняюще ткнув в его сторону пальцем. — Ты отдашь меня своему хозяину, не так ли, таинственный колдун?
Он недоуменно приподнял брови.
— Андрий, что с тобой такое? Я не понимаю, о чем ты говоришь.
—Не притворяйся, Клаодиус! Ты прекрасно знаешь, о чем я! Я ведь за тем тебе и нужен.
Клаодиус сделал шаг ко мне, но я отскочил.
— Не смей приближаться ко мне, демон! — Я почувствовал, что по моему лицу катятся слезы. От неожиданности я потерял бдительность, и он сумел подойти ко мне. Я вздрогнул и тут же снова отскочил. Я забился в угол комнаты. Я кричал на него, обвинял и с раздражением чувствовал, что плачу.
Он молча выслушивал меня. На его лице читались лишь терпеливость и, возможно, легкая боль. Но я могу ошибаться.
Наконец, я выбился из сил и, упав на колени, дал волю слезам. Я спрятал лицо в ладонях.
Вдруг я почувствовал его пальцы, ласково сжавшие мое плечо.
— Не плачь, дитя, — прошептал он. — Я никому тебя не отдам. Тебе внушали, что надо бояться Бога и дьявола, но теперь забудь об этом. Ты теперь под моим покровительством, я помогу тебе избавиться от этих страхов.
— Прости меня, мой господин. — Я обвил руками его шею и уткнулся лицом в шелковые волосы. — Да, я тебе верю. Избавь меня от моего прошлого. Не позволяй мне больше думать об этом.
Он гладил меня по волосам, что-то шептал, и я успокоился окончательно.
В этот день я рассказал ему о своем прошлом увлечении. Он принес мне бумагу и карандаш. Но я попросил угля. Не смог привыкнуть к грифельному карандашу.
Я рисовал на основе своего воображения горы, которых никогда не видел, море, которое упоминалось только в сказках.
— У тебя талант, мой ученик. — Он подошел и погладил меня по голове.
На следующий день он начал обучение.
Надо сказать, начал с довольно простого – передвижение предметов силой мысли.
— Сосредоточься, — говорил мой учитель. — Представь, что ты берешь эту книгу в руки и переносишь, например, на этот стол. — Он указал на покрытый бархатной тканью стол, на котором стоял хрустальный шар.
Я закрыл глаза и попытался выполнить его указания…
— Ах, Андрий! Мне, конечно, приятно, но для тебя же лучше, если ты не будешь переусердствовать.
Я открыл глаза и осознал, что моя голова лежит у него на коленях, а сами мы находимся на полу.
Приподнявшись, я посмотрел на него.
— Ты упал в обморок от перенапряжения, — ответил он на немой вопрос.
Я встал и почувствовал головокружение.
— Ничего, дитя, это не страшно. — Он тоже поднялся и положил руку мне нам плечо. — Просто не закрывай глаза.
Я сделал так, как он сказал, и у меня все получилось.
Я делал большие успехи в освоении магии.
Он не упускал случая похвалить меня за усердие.
Конечно, он обучал меня не только магии. Мне предстояло освоить и другие, более земные науки. Также Клаодиус учил меня преодолевать эмоции. Пожалуй, это единственное, чего я не мог.
После некоторых разногласий мой учитель был вынужден прекратить уроки магии. Но почти каждый раз я безмолвно присутствовал при исполнении им магических обрядов. Естественно, как и в прошлый раз, я неистово тренировался в одиночестве, стараясь научиться делать, как он.
Мне очень нравилось, когда мой колдун наблюдал за мной во время рисования. Я очень старался угодить ему.
Бывало, что Клаодиус пропадал неизвестно куда на целый день. Я все время боялся, что он оставил меня. Но он возвращался. Он легко открывал тяжелые двери, тихо подходил ко мне и обнимал, мягко прижимая к себе. В такие моменты меня охватывало растущее смятение. Мне казалось, что он прощается со мной. Однако это было не так.
В редких случаях я не искал его общества. Редко я закрывался в своей комнате и плакал в одиночестве. Я думал, может, я зря выбрал этот путь. Но всякий раз эти сомнения рассеивались.
Так прошло несколько месяцев. Уже выпал снег, наступила настоящая зима. Я уже многому успел научиться, но, разумеется, далеко не всему. Мы с Клаодиусом стали снова сближаться, и, наконец, он возобновил уроки со мной. Господин почти все время проводил со мной в моей комнате за исключением ночи и его непродолжительных и редких исчезновений. В свою башню он меня больше не пускал. Это очень задевало меня.
Однажды поздно вечером он снова исчез. Накануне мы поссорились. Я упрекал его в том, что он не пускает меня в свою комнату, все время проводя в моей. Хотя моей она называлась с большой натяжкой – ему принадлежал весь замок, но, тем не менее, я считал себя полноправным владельцем своего маленького мирка. Во всяком случае, он никогда не возражал. Клаодиус заявил, что это его дело. На что я ответил, что, когда он в следующий раз уйдет, я непременно поднимусь туда, в его комнату. В конце концов, маг не на шутку рассердился и категорически запретил мне появляться в башне.
И вот он ушел.
Несмотря на мою уверенность в том, что он обязательно исполнит свои угрозы, случись ему застать меня в его комнате, я не намеривался отступать. С бешено бьющимся сердцем я поднялся по лестнице и толкнул дверь. Та со скрипом отворилась.
Здесь все было таким же, как я запомнил, когда он привел меня сюда, чтобы показать мое прошлое. Я тихонько закрыл за собой дверь, словно боясь, что он может услышать меня за сотни миль, и прошел. Совершенно неожиданно в голову пришел вопрос: Зачем я это делаю? Я остановился. И правда, неужели мне мало того, что он приютил меня и взял в ученики? Чего я добиваюсь? Ответов у меня не было. Я замер в нерешительности.
Вдруг меня привлекло неяркое сияние в стороне. Я обернулся. На круглом столике, покрытом синем бархатным покрывалом, стоял хрустальный шар; его сияние привлекло мое внимание. Некоторое время я просто смотрел в сияющую перламутровую бездну шара.
Вдоль стены проскользнула тень. Но, оглядевшись, я понял, что мне показалось. Я снова повернулся к шару. Сияние усилилось. За стеклом замелькали какие-то фигуры.
… Молодая девушка лежала в темном углу мрачной комнаты связанная. На ее лице я заметил кровоточащие ссадины и шрамы. Мое сердце сжалось.
Девушка плакала. Я невольно потянулся к ней, но побоялся коснуться гладкой поверхности стекла. Мне хотелось ее утешить.
— Не плачь, милая, — тихо прошептал я, не сдержавшись.
Девушка подняла голову. Она смотрела прямо на меня.
— Кто ты? Ты ангел? — спросила она слабым голосом.
Я растерялся. Как она может меня слышать, а тем более видеть?
От ответа меня освободил звук внезапно открывшейся двери.
Я поспешно обернулся. Нет, это там, в комнате девушки.
Она посмотрела в сторону, и ее высохшие было глаза вновь наполнились слезами.
— Нет! — бормотала девушка, явно не способная на большее. — Только не он! Спаси меня! — Ее молящий взгляд вновь обратился ко мне.
Я посмотрел туда, где стоял ее мучитель. Лицо человека было скрыто в тени, но я отчетливо рассмотрел густую темную бороду. Могучее телосложение делало его фигуру угрожающей.
— Не тронь ее! — прошипел я.
Мужчина меня не услышал, зато девушка смотрела с благодарностью. Это придало мне сил.
— Asche zu Asche, Staub zu Staub, — зашептал я, повинуясь внезапному порыву. Я не очень хорошо представлял, что собираюсь делать, но в голове у меня сами собой всплывали слова.
Наконец, мужчина все же посмотрел на меня. В его глазах отразился ужас.
— Демон! — воскликнул он.
Я неосознанно протянул к нему руку, словно хотел задушить. Не успели мои пальцы коснуться шара, как человек упал на колени и захрипел. Освобожденная девушка (веревки неведомым образом исчезли) убежала…
Внезапно шар запылал ослепительно-белым светом. В замешательстве я зажмурился и застыл с протянутой рукой.
— Андрий, ты не перестаешь меня удивлять! — услышал я за спиной насмешливый голос господина.
Я подскочил на месте и с нескрываемым страхом обернулся.
Да, маг стоял передо мной; на губах играла едва заметная усмешка, темные, бездонно-черные глаза были непроницаемы.
— Учитель, — неуверенно пробормотал я, пряча взгляд.
— Объясни, как можно быть одновременно ангелом и демоном? — Тонкие губы скривились в ухмылке, глаза оставались холодными.
Я не ответил, и он со вздохом продолжил:
— И как в тебе нашлось столько дерзости, чтобы ослушаться моего прямого приказа?
Я вновь потупил взгляд и прошептал:
— Прости.
Клаодиус рассмеялся.
— Ты подводишь меня к новому уроку. — Он ослепительно улыбнулся. — Никогда не извиняйся, если уверен в себе.
Я посмотрел на него. Вид у колдуна был серьезный.
— Да, наглости тебе не занимать! — вновь усмехнулся маг. — Удивительно!
Он приблизился.
— Я же запретил тебе здесь появляться. — Он склонил голову набок. Бархатные глаза немного смягчились. — Что же ты здесь делал? Что хотел узнать? — задал он мне вопросы, на которые я сам себе не смог ответить.
Я покачал головой, показывая, что не знаю.
Он кивнул. К своему собственному изумлению я заметил, что колдун выглядел довольным.
— Ты не доверяешь мне, мой ученик? Боишься меня?
— Нет, — едва слышно прошептал я.
— Так зачем ты пытаешься вывести меня из себя?! — неожиданно разъярился казавшийся вполне спокойным маг.
Я вздрогнул. К глазам подступали предательские слезы. Я запоздало раскаивался в содеянном, видя его реакцию.
Но Клаодиус уже успел взять себя в руки.
— иди в свою комнату, Андрий. Мне нужно уходить, — невозмутимо произнес он.
Я хотел было подчиниться, но к своему собственному недоумению воскликнул:
— Ты всегда уходишь, когда дело доходит до объяснений! Запутав меня, ты избегаешь разговора. А ты не думал послушать, что хочу сказать я?
Выкрикнув это, я застыл, опасаясь того, что могло последовать за этим.
Клаодиус спокойно выслушал мою тираду.
— Иди в свою комнату, Андрий, — повторил он по-прежнему невозмутимым голосом. — Мне правда нужно уходить. Поговорим завтра утром, если у тебя еще останется желание.
Я с облегчением улыбнулся и кивнул.
Он кивнул в ответ.
— Только не ходи больше ко мне без приглашения, хорошо? — Он подмигнул мне.
Я снова улыбнулся и вышел. Дверь за мной закрылась, и я, не оглядываясь, пошел к себе.
Посреди ночи я попытался выйти и обнаружил, что заперт. Похоже, Клаодиус предусмотрел мою попытку вновь проникнуть к нему.
И все же предстоящего разговора я ждал с нетерпением, даже спать не лег.
Маг вернулся под утро. Я узнал это, потому что пришел прямо ко мне. Но у колдуна был настолько измученный и расстроенный вид, что я не посмел донимать его расспросами.
Он опустился на кровать, тяжело вздохнув.
— Ну, что ты хотел узнать?
Я покачал головой и приблизился.
— Нет, учитель. Ты устал. Поспи.
Я легонько коснулся ладонью его лба. Он кивнул и, улыбаясь, устало растянулся на моей постели. Через минуту он уже спал.
Присев рядом, я провел рукой по его волосам. Колдун был невероятно красив! Таких, как он, я никогда не встречал.
Тут меня охватил ужас. Дьявольское влечение, вот оно!
Клаодиус заворочался во сне и неосознанно прижался ко мне, обхватив мои колени рукой. Я положил ладонь на его голову.
Дьявол? А не все ли равно? Я знал, что мне нужен он один, и он со мной. Какая теперь разница?
Я прилег рядом, положив голову на его плечо и обняв его…
Когда я открыл глаза, солнце уже светило вовсю. Я протянул руку и ощутил шелк длинных волос колдуна. Подскочив, я сел в постели и посмотрел на него. Маг ухмыльнулся, его руки были раскинуты в стороны, так как он только что разомкнул объятия. Мои пальцы застыли над его головой.
— Ты хотел поговорить, — напомнил он мне, опуская руки и тоже садясь.
Секунду я молчал, приходя в себя.
— Да, — наконец отозвался я. Решимость наполняла меня с каждой с каждой секундой. Особенно при виде его миролюбивого настроения. — Почему ты не пускаешь меня в свою комнату? Что ты прячешь? Неужели этот шар?
Он обреченно застонал, придвигаясь ближе ко мне и обнимая меня за плечи.
— Ах, Андрий! Ну неужели тебе обязательно так все усложнять?! Разве ты мне не доверяешь?
— Что ты скрываешь? — не сдавался я.
— Нет, — покачал он головой. И прижался ко мне.
Я стряхнул его и вскочил.
— А ты мне не доверяешь, мой господин? — вернул я ему его же собственный вопрос, приправленный ядом.
— Андрий, ну что за глупости? — Его тон был мягок, хотя лицо посерьезнело, а взгляд застыл.
— Ну что ж, у меня есть все причины, чтобы остаться. Мне здесь очень верят, — иронично произнес я, направляясь к дверям. Использовать против него его же оружие.
— А кто же научит тебя летать, мой мальчик? — послышался за спиной насмешливый голос Клаодиуса.
Черт. Нашел-таки слабое место.
Раздосадованный, я повернулся к нему. Увидев выражение моего лица, колдун рассмеялся. Наверно, и мысли прочитал.
Крайне раздраженный таким поворотом событий, я поспешил покинуть комнату, осторожно прикрывая за собой дверь, за которой еще слышался смех моего господина, и борясь с соблазном по-детски громко хлопнуть ее от обиды.
Неожиданно смех оборвался. Я не обратил на это никакого внимания.
Но когда я вышел на улицу – тут же оказался в объятиях мага.
— Прости меня, мой ученик. Я погорячился. — Он мягко поцеловал мои волосы. — Сегодня вечером я научу тебя. Я научу тебя летать, как и обещал.
Лучшего способа заставить меня прекратить дуться просто не существовало.
Невольно я обнял его в ответ.


* * *

Надо отдать колдуну должное, свое обещание он исполнил.
Когда солнце стало заходить, он повел меня вглубь леса. Шли мы сравнительно недолго, пока, наконец, не достигли поляны. По краям ее правильным овалом росли высокие деревья. Солнечный свет сюда уже не проникал, и было довольно темно. Над кронами леса, на западе, возвышалась башня мага, сейчас с несколько иного ракурса, чем я привык видеть ее обычно, стоя перед воротами. А это значит, что мы обогнули замок. Вполне вероятно, он сделал это, чтобы подстраховаться и не привлекать внимания горожан.
Маг остановился и повернулся ко мне. Тонкие губы изогнулись в улыбке. Глубокие черные глаза светились теплом. Я не отрывал от него взгляда, пока не осознал, что мне приходиться все выше поднимать голову, чтобы видеть его лицо.
Клаодиус парил в воздухе, в нескольких метрах над землей! На секунду мне даже показалось, что я вижу за его спиной крылья, которых не могло быть в принципе.
— Вот так я летаю, Андрий.
Я открыл рот в немом изумлении.
— Невероятно, — только и смог выдохнуть я.
Господи, да это же все, о чем я мечтал!
Клаодиус улыбнулся шире.
— Ну почему же сразу невероятно, мой ученик? Ты же видишь, что это так.
— Научи меня, — прошептал я, с восхищением ловя каждый жест тонких бледных пальцев, наблюдая, как извиваются и плывут взметнувшиеся потрясающей длины черные волосы.
Колдун, смеясь, шагнул ко мне прямо по воздуху. Изящное движение, полет темно-синих одежд – и маг опустился передо мной.
— Ну что ж, — начал он, серьезно глядя на меня. — Это, конечно, не самое сложное колдовство, но завершающий этап этого уровня.
— Я перестану быть твоим учеником?
— Нет, — рассмеялся колдун, — ты просто научишься летать…









3
Этого не может быть. Я сплю. Только этим можно объяснить, что происходит.
Я не смел поверить в реальность происходящего, даже упав с пяти метров и разбив висок.
— Андрий, нужно быть внимательней. Ты должен сосредоточиться. Нельзя не верить, — увещевал меня Клаодиус, промывая ссадину.
— Учитель. — Я взглянул на него. — У меня получилось. Я летал!
Маг рассмеялся:
— Похоже ты счастлив. Глаза прямо светятся.
Я кивнул.
— Это просто чудесно. Самое настоящее волшебство!
— Колдовство, — поправил он меня, внезапно помрачнев. — Не забывай, кто мы.
Да, я все-таки забыл. Мы далеко не ангелы. А скорее наоборот.
— Не унывай. — Он потрепал меня по волосам. — Тебе вовсе не обязательно быть плохим. Выбирать тебе. Я научу тебя колдовству, но, как применять его, ты будешь думать сам.
— А ты, Клаодиус? Ты можешь быть хорошим?
Бледное лицо стало каменным.
— Я считаю, что это глупости. Если я выбрал что-то, это было давно.
Я промолчал.
К утру я уже хотя бы мог зависать в воздухе и не падать. Конечно, до такого изящества, с каким летал сам колдун, мне было очень далеко, но это уже мелочи.
— Ты много достиг, мой ученик, — сказал мне Клаодиус, когда мы возвращались в замок.
— Благодаря тебе, учитель, — улыбнулся я в ответ.
Маг засмеялся и приобнял меня за плечи.
— Ты преувеличиваешь мои заслуги, Андрий! Разве ты стал бы таким замечательным волшебником, не имея своего дара? — Он посмотрел на меня и, подмигнув, дал подзатыльник.
— За что? — возмутился я.
Я услышал смех и посмотрел на небо. Так и есть, колдун был уже в воздухе.
— Догоняй, мой мальчик!
Я тоже взлетел, вслед за ним.
— А разве мой учитель не должен быть почтенным старцем с длинной, цвета серебра, бородой? А не скакать по воздуху, играя в догонялки. — Я покачал головой.
— Условности – это так скучно, — ухмыльнулся мужчина и пропал.
Я метнулся за ним, пытаясь поймать.
Он прав, обычная жизнь невыносимо скучна.
Заметив впереди знакомую фигуру с развевающимися волосами, я кинулся к нему и схватил длинный бархатный рукав.
— Попался!
Сверкнула хрустальная влага на щеках – колдун отвернулся от меня и спустился на землю.
— Что случилось, господин? — Я положил руку ему на плечо и попытался мягко развернуть его к себе.
— Знаешь, Андрий, у меня ведь был до тебя ученик. Из-за этого я и не хотел… снова повторяться.
— Что с ним стало?
— Она ушла. И погибла. Моя первая ученица, моя возлюбленная. — Он закрыл лицо ладонями и всхлипнул.
— Та девушка в хрустальном шаре, — догадался я. — Это твое прошлое…
Он снова всхлипнул.
— Почему? Что случилось? — Я встряхнул мага, но он, похоже, не воспринимал меня.
— Я не смог ее защитить! Она погибла из-за меня! Почему я до сих пор жив? На что мне мое могущество, если я не смог даже вернуть ее оттуда?!
Я чувствовал себя таким беспомощным, поднимая рыдающего учителя с колен, повторяя, что все хорошо, и не зная, что делать дальше. Внезапно Клаодиус заключил меня в объятия и глубоко вздохнул. Я обхватил его лицо ладонями и поднял к себе. На белой коже виднелись мокрые дорожки, а темные глаза блестели от слез. Однако мужчина уже успокоился.
— Прости, мой мальчик. Я очень сожалею, что не смог сдержаться. Обещаю, такого больше не повторится, — проговорил он.
— Клаодиус… — Я не знал, что сказать.
— Не пугайся так, — грустно улыбнулся он. — Это всего лишь воспоминания. Не больше.
Колдун посмотрел на восток.
— Пойдем. Уже рассвет. Тебе нужно отдохнуть перед следующим уроком. А у меня еще дела вечером. Идем, Андрий.

* * *

Проснулся я один. Как добрался до постели, не помню. Наверное, он принес. Накануне я так устал, что проспал весь день без задних ног. А хотел ведь выспросить у господина, кто была его возлюбленная. Хотя, судя по тому, как он отреагировал на воспоминания, лучше не стоит.
Я выбрался из кровати и вышел на улицу.
Темнота была грифельно-черной, как глаза моего господина. Воздух такой свежий и прозрачный, что видны все звезды на небе. На небе того же цвета, что одежды мага.
Его башня возвышалась темным силуэтом на фоне черной ночи. Оттуда, наверно, открывается красивый вид.
Тогда у меня родилась идея. Если нельзя смотреть изнутри, будем смотреть сверху. Вдохновленный новой мыслью я встал перед башней и раскинул руки в стороны. Возносился медленно, можно сказать с достоинством, созерцая постепенно раскидывающийся передо мной лес, укутанный снегом.
На вершине на самом деле открылся восхитительный вид. Я поднял глаза к небу. Звезды светили так невероятно близко, что, казалось, стоит только протянуть руку, и я коснусь их. Сияющая россыпь алмазной пыли. Великолепно.
Внезапно мне захотелось применить свой дар, благодаря которому я попал к моему учителю. Мой огонь, ручное пламя.
Любуйтесь мной, ледяные огоньки небес! Любуйтесь настоящим огнем!
Я окружил себя кольцом пламени. Не обжигает, но греет. Смотри на меня, небо!
Тут мой взгляд упал на скопление маленьких огоньков в стороне. Огни моей деревни. Пока я наблюдал за ними, огненных точек стало больше. Боже, да они заметили меня! Это не фонари, это факелы.
Что же я наделал?..
Огоньки приближались. Они идут сюда. Что же делать. Я же один, совсем один. Клаодиус ушел. Оставил меня. Хотя, с другой стороны, откуда он мог знать, что я так сглуплю? Я сам виноват, мне и расхлебывать.
Спускаться вниз уже поздно, поэтому я забрался через окно в его комнату, попутно удивившись, как легко мне это далось, учитывая недвусмысленное предупреждение, что так делать не стоит. Ворвавшийся вслед за мной в комнату ветер погасил свечи и принес с собой голоса. Единственным источником света стал хрустальный шар на столе, горевший ярче обычного, предвещая опасность.
Господи, что же делать? Я же не знаю ни одного защитного заклинания. К тому же, страх не только сбил дыхание, но и перемешал мысли. Что же делать, что же делать, что же делать?!
Крики людей слышались уже совсем близко. Я был готов сам кричать, в панике, затмившей мой разум толстой ватной пеленой, я не видел выхода.
Внезапно, чьи-то руки зажали мне рот и потащили назад, к окну. Я закричал и начал вырываться. Неужели они смогли забраться так высоко в такой маленький промежуток времени? Или это я потерял способность считать?
— Черт возьми, Андрий! Это я, — прошипел над ухом знакомый голос.
Я замер и поднял глаза. Клаодиус!
— Какой же ты дурак! Зачем ты это сделал? Хочешь искать новое жилье? Замок уже надоел? Мог бы сказать мне, а не натравливать толпу разъяренных крестьян на нас, — бушевал маг, через окно ставя щиты. — Что такое?!
Я вгляделся в ошеломленное лицо колдуна, и паника, успокоившаяся с его приходом, снова поднялась в моей душе.
Магия не действовала.
Я беспомощно открывал и закрывал рот, не веря в происходящее. Клаодиус досадливо фыркнул и, схватив меня за локоть, притащил к себе.
— Помоги мне, Андрий. Давай, вместе!
— Asche zu Asche… — повторял я за ним, но ничего по-прежнему не происходило.
— Что за… — начал было маг, но потом на его лице проступило понимание. — Как же так?
Учитель метнулся к своему шкафу, заваленному разными бумагами и свитками. Под грохот срываемых с петель ворот на пол посыпались выкидываемые магом листы.
— Учитель, скорее! — закричал я, наблюдая, как люди с факелами прорвались к дверям замка.
— Что это? Как ты мог ослушаться меня, мальчишка?!
Клаодиус потряс у меня перед лицом каким-то свитком. Да это же наш договор! А печать на нем только одна. Его. Я отступил назад, пораженный внезапной догадкой.
— Это не просто договор, идиот! Это обязательная магическая клятва, — кричал взбешенный колдун. — Которую ты нарушил! Как думаешь, чья кровь на печати?
— Твоя, учитель, — тихо прошептал я. Таким он пугал меня куда больше, чем обычно.
— Какой я тебе теперь учитель?! Мы два совершенно различных мага! И из-за различия крови не можем применять свои способности в полную силу. — Мужчина сжал голову руками, будто она могла расколоться.
— Почему? — пискнул я. Если это так, как же нам защищаться? Чтобы справиться со страхом, я решил задавать вопросы.
— Да чтобы колдуны не могли сражаться друг с другом. А если уж будут, чтобы никого не покалечило.
Внизу раздался грохот и невыносимый скрежет металла. Они внутри.
— Господи, спаси! — прошептал в отчаянии колдун.
— Посмотрите наверху, в башне! Он должен быть там, — прокричали снизу.
— Интересно, почему он не сражается? Неужели ловушку готовит? — Голоса приближались.
Мы застыли, вслушиваясь. Внезапно маг схватил меня и потащил к кровати.
— Что..? Зачем? — попытался сопротивляться я, но колдун приложил палец к губам и втиснул меня между балдахином и шкафом.
— Сиди тихо, — шепнул он мне на ухо и, коснувшись щеки губами, вышел на середину комнаты.
Ворвавшиеся горожане слегка помедлили у дверей. Явно не его хотели видеть, да? — злорадствовал я. Маг сузил глаза, и в крестьян полетел стол. Он хотел только напугать их. Но…
— Сожжем демона! — закричали сзади.
Толпа зашумела и подняла факелы.
— Нет! — завопил я и вылетел вперед, пытаясь защитить господина.
— Андрий! — выкрикнул он. — Назад! Я сам разберусь!
— Вот он! — воскликнули люди, узнавшие меня. — Хватайте их!
Меня окружили, схватили за руки и за ноги, не обращая внимания на мои попытки освободиться.
— Уберите руки, жалкое сборище! — где-то в стороне слышался голос Клаодиуса. — Андрий!
Что-то тяжелое с треском опустилось на мою голову.
— Учитель, — только и успел выдохнуть я, прежде чем мое сознание уплыло…
Я очнулся, ощутив, как мои руки скрутили у меня за спиной. Рядом тащили Клаодиуса, который что-то бормотал себе под нос.
— Да ты заткнешься или нет, демон проклятый?! — возмутился державший его парень, похоже, безумно боявшийся моего господина.
— Полагаю, или нет. Особенно учитывая, как ты со мной обращаешься, Иван, — язвительно отозвался мужчина.
Парень по имени Иван отшатнулся и выпустил руки мага.
— Дурак, зачем ты его выпустил? — накинулся на него тот, кто держал меня. Не хочу знать, кто это.
— Слушай, он и правда одержимый. Давай отпустим, а то ведь проклянут, черти эти!
— Какой отпустим?! Совсем сдурел? Вон уже дом. Сдадим их в Инквизицию и уйдем. А там разберутся. Давай, бери его.
Иван с явной опаской подошел к магу, снова взял руки и быстро потащил к выступившему из темноты большому дому.
— А ты знаешь, Иван, существуют проклятия, которые не снимаются даже после смерти наложившего их, — вкрадчиво проговорил Клаодиус.
— Заткнись, дьявол! — дрожащим голосом приказал парень и толкнул его к дверям. — Великий Инквизитор очистит твою черную душу с Божьей помощью.
Колдун захохотал, и даже я, привыкший к его штучкам, испугался.
Человек, державший меня, постучался в дверь дома, к которому нас подвели. Дверь сразу распахнулась. На пороге стоял высокий человек в черной рясе.
— Что привело вас сюда в столь поздний час? — задал он вопрос, окинув нас проницательным взглядом.
В тишине громко прозвучал смешок мага. Осмелевший Иван толкнул его, получив в ответ удар электричеством, которое господин пропустил через свое тело, а тот, кто держал меня, сказал:
— Мы привели этих посланников дьявола, надеясь на ваше правосудие и Божественную кару. — Тут даже мне стало смешно. Только, в отличие от учителя, чей смех звучал откровенно вызывающе, моя истерическая усмешка напоминала скорее хриплый кашель.
Священник с интересом уставился сначала на меня, потом – на учителя.
— Конечно. Виноватым не избежать наказания. — Он сделал знак, и из темноты вышли другие люди в рясах. — Мы ими займемся. Ступайте с миром.
Крестьяне кивнули и поспешно удалились.
— Так-так, — изменившимся голосом, в котором появился искренний интерес, начал Инквизитор. — Кто у нас здесь? Маг Клаодиус и его ученик. Тащите их внутрь!
Когда мы оказались в темной комнате, Клаодиус схватил меня за руку.
— Ты в порядке?
— Да. Откуда ты узнал имя того парня? — спросил я, чтобы отвлечься.
Колдун улыбнулся:
— Дураков по-другому редко зовут.
— А он тебя откуда знает? — Я кивнул на дверь.
— Старые знакомые. Уже несколько лет подряд мне удавалось ускользнуть от них. Похоже, сегодня не судьба. — Маг помрачнел.
Дверь открылась, и вошел Инквизитор. Легок на помине.
— Маг Клаодиус и его ученик, — протянул он, явно наслаждаясь.
— Сколько еще раз повторишь? — вздохнул учитель. — Гордишься, что выучил сразу столько новых слов?
Мужчина подскочил к нему и схватил мага за волосы.
— А ты не изменился, Клаодиус. Все так же остришь.
— А вот ты изменился. Раньше ты знал ровно на пять слов меньше, — на полном серьезе ответил колдун.
Инквизитор намотал длинные волосы Клаодиуса на руку и потянул наверх, чтобы их лица оказались на одном уровне.
— Теперь тебе не скрыться. Я охотился за тобой десять лет. И ты убегал от меня так же, как убегал от моего предшественника. Но вот ты здесь и почему-то не можешь защищаться.
— Считай, что тебе повезло, — криво улыбнулся колдун.
Мужчина отпустил его волосы и подошел ко мне.
— А мальчик у тебя симпатичный. — Священник взял мое лицо за подбородок и поднял. — Новая любовь, взамен старой? Девушки уже не по вкусу?
В бессильной ярости я плюнул в склонившееся ко мне лицо.
— Весь в тебя, Клаодиус, — произнес он, утираясь. — Не беспокойся, на этот раз я не дам тебе выжить. На костер их! — воскликнул Инквизитор и пнул мага под дых.
— Нет, — простонал он.
Нас снова схватили и потащили в лес. Меня несколько раз сильно ударили по голове, когда я пытался позвать Клаодиуса. Из-за того, что я просыпался на маленькие промежутки времени, срок ожидания очень растянулся. Десять минут, пять… а прошли всего ничего.
Наконец, человек в черной рясе бросил меня на землю. Я больно ударился о камни. И тут же вскрикнул, почувствовав, как мужчина пнул меня.
— Терпи, мой ученик! — шепнул мне Клаодиус, упавший рядом.
Я обернулся и успел увидеть, как другой монах ударил его по губам, а потом пнул в живот. Маг издал сдавленный стон, но тут же крепко стиснул зубы. Я заметил, что губа его была разбита.
— Учитель…
Еще один удар по губам, на этот раз моим.
— Молчать! — приказал властный голос.
Клаодиус улыбнулся мне окровавленными губами и что-то зашептал. Но не успел он закончить фразы, как его тут же снова ударили.
А я почувствовал, как мои глаза закрываются, и я погружаюсь в благодатное забытье, насланное магом. Перед тем, как провалиться в сон окончательно, я увидел его, скорчившегося на земле.
— Спи, Андрий…

* * *

Я открыл глаза и почувствовал чьи-то руки, поддерживающие меня. Едва сознание немного прояснилось, я попытался освободиться.
— Тш-ш! Успокойся, Андрий, это я, — тихо проговорил кто-то.
Я поднял голову и увидел Клаодиуса.
— Учитель!
— Тише. — Он зажал мне рот рукой. Его глаза излучали тревогу.
Я отстранил его руку.
—Что случилось? Что с нами будет?
Он ответил не сразу. Сначала обратил на меня свой бархатный взор, светившийся сожалением.
— Прости меня, мой ученик, — очень тихо прошептал он. — Я виноват перед тобой.
— В чем?
Я стиснул пальцами его изорванную и испачканную кровью мантию. Его руки сомкнулись у меня за спиной.
— Они хотят сжечь нас!
Все-таки не приснилось.
Только тут я огляделся. Мы стояли на краю большой круглой площади, посреди которой располагался костер, пока что незажженный. Вокруг стояли монахи в рясах, подобные тем, кто привели нас. Кое-где у ног людей крутились гончие собаки.
Инквизиторы… они и правда собираются сжечь нас за колдовство.
Вдруг один человек отделился от общей массы и пошел к нам. Я поплотнее прижался к учителю, и он обнял меня, защищая.
Руки монахи жестко схватили меня, пытаясь вырвать из объятий колдуна, но я вцепился изо всех сил. Мужчина подозвал других людей, и они подняли и потащили к столбу, поставленному среди связок хвороста, нас обоих. Маг яростно упирался, прижимая меня к себе, но, как раз по этой причине, он ничего не мог сделать. «Псы Господни» привязали нас спина-к-спине к столбу. Колдун тут же схватил меня за руку.
Монах с посохом, пересеченным сверху небольшой перекладиной, образующей крест, вышел вперед и заговорил на неизвестном мне языке. Клаодиус выкрикнул что-то, отвечая ему и послал мысленный удар. Инквизитор согнулся пополам, но я знал, что эта магия должна была отбросить его минимум на несколько метров. Но по моей оплошности ни я, ни он не могли использовать свои способности в полную силу.
Человек выпрямился, на его лице отразился гнев.
— Сжечь их! Сжечь этих посланников дьявола!
Монахи ткнули зажженные факелы в хворост, и он тут же зашелся пламенем. Костер вспыхнул за считанные секунды. Всего через несколько мгновений огонь лизал наши ноги, и мои штаны и мантия учителя занялись тоже. Я в панике взирал на это, понимая, что шансов на спасение нет.
Я оглядел толпу. Кто-то зажимал рот рукой, словно чтобы не закричать, кто-то вовсе отвернулся, не в силах видеть происходящее, но большинство спокойно и безразлично наблюдали.
Я чувствовал, что по моим щекам катятся слезы отчаяния и безысходности. Я всхлипнул, и маг крепче сжал мою руку.
— Не плачь, Андрий.
— Учитель! Не покидай меня! Обещай мне!
— Я не покину тебя, мой ученик. Обещаю. Во веки веков.
Внезапно он громко застонал, но тут же спохватился и умолк. Он не доставит им такого удовольствия.
А я, ощутив, как жар костра уже осушает слезы, закричал от ужаса и боли.
— Я боюсь, учитель, — рыдал я, — боюсь!
— Не плачь, Андрий. — Его голос прозвучал где-то прямо над ухом.
Я обернулся.
— Клаодиус… — Его глаза были совсем рядом, они были полны боли и страдания, но в то же время в них нашлись для меня в этот страшный момент нежность и любовь. — Я люблю тебя, Клаодиус.
— Я тоже, мой верный ученик Андрий.
Он прижался своими окровавленными губами к моим разбитым губам. Жар костра и боль ожогов отошли для меня на второй план, остались только его губы. Я неистово впился в них, глотая кровь – его и мою – и чувствуя, как она перемешивается. Теперь в наших жилах текла общая кровь! Его губы мягко отвечали моим, но я нетерпеливо рвался передать ему свою любовь, зная, что жить осталось недолго. Слезы мутной пеленой застили глаза, и каким-то краешком ускользающего сознания, поверх безумного поцелуя, я понял, что пламя приобрело синий цвет.
— Спасибо, мой мальчик, — прошептал он мне прямо в губы, перед тем, как нас накрыла ужасающая горящая лавина ада.
И мир затопила тьма…



Эпилог

Снег засыпал безмолвный город. В такой ранний час на улицах не было ни души. Разве что, две фигуры шагали по главной площади.
Это были мы – ученик и учитель – вместе навечно.
Клаодиус медленно шествовал, лениво раскидывая снежный покров носком сапога и что-то напевая. Одежда его закоптилась и в некоторых местах обгорела.
Я тщетно пытался расслышать, что именно он говорит. Он замолк и улыбнулся мне.
У меня тоже видок был то, что надо: сажа на лице, разбитая губа кровоточит…
Но зато мы спаслись. Почему? Даже сейчас я не могу дать определенного ответа. Наверное, все дело в обмене кровью. Мы фактически стали кровными родственниками.
— Да будет мир праху… — прошептал Клаодиус и, обернувшись на видневшийся вдалеке столб дыма, добавил: — Вашему!
Снежное облако окружило нас, и площадь через секунду вновь была пустынна. А снег продолжал засыпать безмолвный город.
Прах к праху, пепел к пеплу. И так будет всегда…

Конец

@музыка: Lacrimosa - Seele in Not, Ария - Отшельник, Otto Dix - Фетишисты

@темы: Meine!

URL
Комментарии
2012-06-11 в 18:47 

Гость 17:39
"Женатый на своей работе социофоб-асексуал" (с)
А разве еще не выкладывал?

2012-06-11 в 19:39 

Amadey Nemez
-Все люди, как люди, а я - Бог(с) -Я такой разный. И все-таки я вместе!(с)
Здесь нет)) Теперь и тут будет!)))

URL
2012-06-15 в 16:58 

не одинокий Гость
Путь одолеет идущий.
Amadey Nemez вы написали талантливо. Получил удовольствие от прочтения. Спасибо.

2012-06-16 в 00:02 

Amadey Nemez
-Все люди, как люди, а я - Бог(с) -Я такой разный. И все-таки я вместе!(с)
одинокий Гость, благодарю Вас за отзыв))

URL
2012-06-16 в 11:53 

не одинокий Гость
Путь одолеет идущий.
Amadey Nemez можно ли еще где-нибудь почитать то, что вы пишете? (кроме этого дневника?)

2012-06-16 в 16:51 

Amadey Nemez
-Все люди, как люди, а я - Бог(с) -Я такой разный. И все-таки я вместе!(с)
одинокий Гость, samlib.ru/n/nemec_a/ - вот, но тут ненамного больше.

URL
2012-06-17 в 17:29 

не одинокий Гость
Путь одолеет идущий.
Amadey Nemez спасибо.

     

Летать

главная